Всякое дело в мире творится, про всякое в сказке говорится.
Надел старик шапку, вышли они на огород и принялись
дочку из снега лепить. Скатали они снежной ком, ручки, ножки приладили,
сверху снежную голову приставили. Вылепил старик носик, рот, подбородок.
Глядь — а у Снегурочки губы порозовели, глазки открылись; смотрит она
на стариков и улыбается. Потом закивала головкой, зашевелила ручками,
ножками, стряхнула с себя снег — и вышла из сугроба живая девочка.
Раз надвинулась черная туча, посыпался крупный град.
Обрадовалась Снегурочка граду, точно жемчугу перекатному. А как снова
выглянуло солнышко и град растаял, Снегурочка заплакала, да так горько,
словно сестра по родному брату.
Побежала она в свой черед за подружками. Прыгнула над
огнем и вдруг растаяла, обратилась в белое облачко. Поднялось облачко
высоко и пропало в небе. Только и услышали подружки, как позади
простонало что-то жалобно: «Ау!»
Жили-были старик со старухой. Жили ладно, дружно. Все бы хорошо, да одно горе — детей у них не было.
Вот пришла зима снежная, намело сугробов до пояса,
высыпали ребятишки на улицу поиграть, а старик со старухой на них из
окна глядят да про свое горе думают.
— А что, старуха, — говорит старик, — давай мы себе из снега дочку сделаем.
— Давай, — говорит старуха.
Надел старик шапку, вышли они на огород и принялись
дочку из снега лепить. Скатали они снежной ком, ручки, ножки приладили,
сверху снежную голову приставили. Вылепил старик носик, рот, подбородок.
Глядь — а у Снегурочки губы порозовели, глазки открылись; смотрит она
на стариков и улыбается. Потом закивала головкой, зашевелила ручками,
ножками, стряхнула с себя снег — и вышла из сугроба живая девочка.
Обрадовались старики, привели ее в избу. Глядят на нее, не налюбуются.
И стала расти у стариков дочка не по дням, а по часам;
что ни день, то все краше становится. Сама беленькая, точно снег, коса
русая до пояса, только румянца нет вовсе.
Не нарадуются старики на дочку, души в ней не чают.
Растет дочка и умная, и смышленая, и веселая. Со всеми ласковая,
приветливая. И работа у Снегурочки в руках спорится, а песню запоет —
заслушаешься.
Прошла зима.
Начало пригревать весеннее солнышко. Зазеленела трава на проталинах, запели жаворонки.
А Снегурочка вдруг запечалилась.
— Что с тобой, дочка? — спрашивает старик. — Что ты такая невеселая стала? Иль тебе не можется?
— Ничего, батюшка, ничего, матушка, я здорова.
Вот и последний снег растаял, зацвели цветы на лугах, птицы прилетели.
А Снегурочка день ото дня все печальнее, все молчаливее
становится. От солнца прячется. Все бы ей тень да холодок, а еще лучше —
дождичек.
Раз надвинулась черная туча, посыпался крупный град.
Обрадовалась Снегурочка граду, точно жемчугу перекатному. А как снова
выглянуло солнышко и град растаял, Снегурочка заплакала, да так горько,
словно сестра по родному брату.
За весной лето пришло. Собрались девушки на гулянье в рощу, зовут Снегурочку:
— Идем с нами, Снегурочка, в лес гулять, песни петь, плясать.
Не хотелось Снегурочке в лес идти, да старуха ее уговорила:
— Поди, дочка, повеселись с подружками!
Пришли девушки со Снегурочкой в лес. Стали цветы
собирать, венки плести, песни петь, хороводы водить. Только одной
Снегурочке по-прежнему невесело.
А как свечерело, набрали они хворосту, разложили костер
и давай все друг за дружкой через огонь прыгать. Позади всех и
Снегурочка встала.
Побежала она в свой черед за подружками. Прыгнула над
огнем и вдруг растаяла, обратилась в белое облачко. Поднялось облачко
высоко и пропало в небе. Только и услышали подружки, как позади
простонало что-то жалобно: «Ау!»
Обернулись они — а Снегурочки нет.
Стали они кликать ее:
— Ау, ау, Снегурушка!
Только эхо им в лесу и откликнулось.


Комментариев нет:
Отправить комментарий